Варяги — воринги — пираты Балтийского моря 8 века, их база в Старой Ладоге и их битвы с пришедшими сюда славянами

Славяно-норманнские войны за Ладогу по археологическим данным.

Первое стабильное поселение на территории Ладоги на площадке т.н. Земляного городища связано с выходцами из Северной Европы. В их числе могло оказаться и, вероятно, было какое-то число аборигенов или выходцев из более южных районов Восточной Европы, но их роль явно не доминирующая. На этом поселении с древнейшей дендродатой 753 год (I ярус) открыты три жилища каркасно-столбовой конструкции, с очагом в центре (т. н. «большие дома»). Очаг делил внутреннее пространство дома на три поперечные, а ряды столбов поддерживавших кровлю на три продольные части. Зафиксированы привходные настилы и настилы в передней трети жилища. Такая конструкция жилья близка североевропейскому халле, что уже отмечалось исследователями. Однако точных аналогий ладожским жилищам пока не найдено. К северу от жилищ находилась «кузнечно-ювелирная мастерская», впрочем, вполне возможно, не составлявшая хронологически абсолютно единого комплекса. Срубные сооружения в I ярусе неизвестны.

Набор индивидуальных находок характеризует культурный облик первопоселенцев определенным образом. Овальная скорлупообразная фибула, языковидное кресало, колесовидные бляшки, фрагмент железной гривны из перевитого дрота, фризские костяные гребни, бронзовое навершие с изображением Одина, наконец, т. н. «клад» инструментов находят аналогии в североевропейском круге древностей. С мастерской связан ряд предметов восточноевропейского происхождения, но их присутствие не обязательно объясняется постоянным проживанием на поселении носителей соответствующих традиций. В том или ином случае, нет сомнения, что первыми обитателями Ладоги были люди среди которых доминирующее положение занимала группа норманнов.

Представляется, что она была немногочисленна и достаточно монолитна. Наряду с мужчинами в ней были женщины и, вероятно, дети. Носители иных культурных традиций если и были в ее составе, то занимали далеко не ведущее место. Создается впечатление, что перед нами поселение одной общины. Полукруговая (может быть и круговая) схема застройки с включенной в нее мастерской, отсутствие обособленных жилищно-хозяйственных комплексов, малое число домов, а соответственно и их обитателей позволяют рассматривать Ладогу 750-760-х гг. скорее как отдельную единую усадьбу, чем как поселение — зародыш города.

Появление скандинавского поселения в низовьях Волхова не позднее первой половины 750-х годах, до начала эпохи викингов нельзя связывать с функционированием путей с Балтики в страны Востока. Скорее его нужно рассматривать в контексте колонизационного движения норманнов, охватившего Восточную Балтику в VI-VII веках. Местность при впадении Ладожки в Волхов плотно освоенная в неолите и раннем железном веке, возможно была известна скандинавам и до основания поселка.

Где-то во второй половине 760-х годов колония прекратила существование. Сокрытие набора инструментов и вотивного изображения Одина говорит об экстраординарном характере этого события. Его следует считать первой катастрофой в истории Ладоги VIII-X веков и связана она с притоком нового населения или захватом в Нижнем Поволховье господствующего положения носителями восточноверопейских культурных традиций — славянами (формирующимися словенами). Вероятно, с приходом этих людей следует связывать серию украшений из оловянистых сплавов, имеющих аналогии на памятниках Северо-Западной Руси последней четверти I тысячелетия н. э. (городища Псковское, Изборское, Камно, Надбелье, Еськи, длинный курган в Лоози и др.). Они принесли с собой развитую технику строительства наземных срубных домов, отапливавшихся печью-каменкой, располагавшейся в углу.

Именно в это время происходит становление путей из стран Балтики на Арабский Восток. Встречены салтовские лунницы синего стекла, бусы из сердолика, «фиксируется начало активного проникновения арабского серебра, синхронизирующееся с выпадением здесь древнейшего монетного клада 786 г. Открыты свидетельства местного стеклоделия (в 780х годах появляется и до конца 830-х годов действует стеклодельная мастерская, быть может, единственная на Северо-Западе в тот период), базирующегося на восточной технологии и привозном сырье. Воинственный облик славянских обитателей поселения характеризуют обломок боевого топора и фрагмент кольчужного плетения. В 810-830-х годах славянами застраивается вся исследованная часть площадки Земляного городища. «Большой» дом по данным дендрохронологии сооружен около 811 году. Его окружение составляют «малые» срубные дома с печью-каменкой в углу. Создается впечатление, что застройка обретает если не регулярный, то, по крайней мере, упорядоченный характер.

Около 840 года мирная жизнь поселения нарушена, и оно гибнет в пожаре в результате норманнского вторжения. Это был первый тотальный пожар и вторая катастрофа в истории Ладоги. Часть поселения превращается в пустырь; уничтожается и стеклодельная мастерская.

Спецификой застройки стало появление в северной части раскопа «большого» дома каркасно-столбовой конструкции с очагом на центральной оси, выделяющегося размерами и расположением, его площадь достигала 120 кв. м. Пропорции и конструкция стен позволяют говорить о новом проникновении в Поволховье носителей традиции североевропейского халле. С этим сооружением связана находка палочки с руническим текстом. Строятся еще два больших дома, отличные по ориентации от упомянутого выше. В своей конструкции и интерьере они сочетают североевропейскую и восточноевропейскую традиции. С ними связаны «малые» срубные дома с печью-каменкой в углу. Можно уверенно сказать, что какая-то часть славянского населения, как мужского (судя по домостроительству), так и женского (судя по украшениям), осталась на поселении, но его социальный статус переменился.

Следует заметить, что в отложениях предметы однозначно связанные со скандинавами составляют специфический набор (шашки, фрагменты обкладки игральной доски, культовые предметы). Это элементы мужской субкультуры, женские украшения отсутствуют. Ассортимент бус беднее. Но самым любопытным фактом является высокая концентрация деревянных игрушечных мечей.

Итак, на рубеже 830-840-х годах Ладога была захвачена группой норманнов. Вряд ли стоит сомневаться, что они заняли в ней доминирующее положение. Несмотря на частичное уничтожение или изгнание, носители культурных традиций лесной зоны Восточной Европы (славяне) остались существенным компонентом среди обитателей поселка и его округи. Кроме материалов домостроительства об этом свидетельствуют некоторые украшения.

Между 863 и 871 годами (около 865) поселение вновь подвергается тотальному разгрому, сопровождавшемуся мощнейшим пожаром. В его военном характере не приходится сомневаться, драматичность этого события подчеркивают обгоревшие останки женщины и ребенка, обнаруженные в заполнении дренажной канавки в раскопе А. Н. Кирпичникова. Видимо, поселению пришлось вновь поменять не только хозяев, но и подавляющую массу обитателей — славяне вернули себе власть над Ладогой. В рамках рассматриваемого периода произошло формирование сети славянских поселений вдоль волховского участка системы речных путей с Балтики на Восток. Особая их концентрация наблюдается в зоне Гостинопольских и Пчевских порогов, находящихся выше по течению Волхова. Явно неординарную роль играло городище и селище Любша, расположенные на правом берегу Волхова ниже Ладоги.

После этого пожара никакой преемственности в застройке не наблюдается. Практически полное отсутствие строительных остатков в северной части раскопа в период около 865-890-е гг., возможно, свидетельствует о запустении поселения.

Ситуация меняется в период правления «исторических князей» — Олега и Игоря, оставляя за скобками вопрос о этнической принадлежности данных правителей, можно констатировать факт бурной застройки поселения в славянских традициях домостроительства.

В VII ярусе (890-е — 920-е годы) залегали остатки двух строительных комплексов, представляющих особый интерес. Сложный жилищно-хозяйственный комплекс в южной части раскопа В. И. Равдоникаса состоял из сруба с печью-каменкой в углу и примыкавшего к нему трехстенного прируба с печью производственного назначения в центре. Прируб с трех сторон окружало какое-то сооружение со стенами и кровлей легкой конструкции, а основной сруб был связан настилом с небольшим рубленным амбаром. Этот комплекс может рассматриваться уже в контексте становления городского домостроительства Северной Руси. В 1950 года В. И. Равдоникасом была открыта, а Е. А. Рябининым исследована большая постройка. Размеры, развитая архитектура и некоторые находки явно выделяют данный комплекс из рядовой застройки. Учитывая историю дальнейшей судьбы строительства на данном участке можно с известной долей вероятности предполагать в ней хоромы ладожских правителей.

В 920-х годах стремительно застраивается вся площадка Земляного городища (VIII ярус). В раскопе В. И. Равдоникаса насчитывается более десятка срубных жилищ с печами-каменками в углу. Некоторые из них имеют привходные тамбуры-сени, а одна постройка входит в состав сложного жилищно-хозяйственного комплекса. Застройка вытянута по линии север — юг. Анализ расположения входов в жилища позволяет выделить на участке исследованном В. И. Равдоникасом три «гнезда» застройки. Они состояли из 3-5 жилых домов и нескольких полифункциональных неотапливаемых клетей. Очевидно, «гнезда» связаны с группами населения, некоторым образом обособленным в хозяйственном и социальном отношениях. Интересно отметить, что постройка VIII-3 совмещала жилые и культовые функции: помимо обычной печи-каменки в углу, в центре ее находился очажок для жертвоприношений, а ряды столбов внутри выделяют ее из серии обычных «малых» домов.

Среди находок этого периода присутствуют как предметы круга славянских древностей лесной зоны Восточной Европы так и вещи североевропейского круга древностей эпохи викингов. Факт проживания в Ладоге скандинавов в данный период подтверждает норманнский могильник в урочище Плакун (датируется 900 — 950 гг.). Курганы Плакуна оставлены обособленным коллективом, представители которого (вместе с семьями), видимо, непродолжительное время проживали в Ладоге. Что интересно захоронения оказались с нехарактерным для скандинавов бедным погребальным обрядом. Можно предположить, что это останки представителей торгово-ремесленной скандинавской группы обслуживающей интересы правителей славянской Ладоги.

Как видим, археологическая история Ладоги опровергает ныне широко бытующее мнение о военном превосходстве скандинавов над славянами в начальный период истории Руси. В результате военных действий поселение несколько раз переходило из рук в руки и в конце концов осталось за славянами.

Литература:
Кирпичников А. Н. Ладога и Ладожская земля VIII—XIII вв.
Кузьмин С. Л., Волковицкий А. И. Пожары и катастрофы в Ладоге: 250 лет непрерывной жизни?
Кузьмин С.Л. Ладога в эпоху раннего Средневековья (середина VIII — на- чало XII века).
Михайлов К. А. Скандинавский могильник в урочище Плакун (заметки о хронологии и топографии)

#

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *