Культуры мореплавателей океанов и охотников Великой степи Евразии времени ледникового периода

Мореплавание, как элемент морского рыболовства, было знакомо всем прибрежным народам мира, а, началось оно, по-видимому, в Юго-Восточной Азии. (В 50 тысячелетии до нашей эры австралоиды из Юго-Восточной Азии расселились по Меланезии, ближайшим к ней островам и в Австралии которые, по крайней мере, 100 миллионов лет были отделены океаном от Азии. Несколько позже мореходы из Юго-Восточной Азии добрались и до Америки.)
У сингальцев – современных жителей Шри-Ланки, из поколения в поколение передается притча, что давным-давно их прародиной была страна на далеких островах Южного моря. Когда громадные водные потоки поглотили города, их предки переселились на территорию Южной Азии. Важнейшим указателем на то, что мореплавание распространялось из Юго-Восточной Азии, является распространение мегалитической культуры, древнейшие сооружения которой, пирамиды и Дольмены, имеются в Юго-Восточной Азии и на прилегающих островах Тихого и Индийского океанов.

Мореплаватели — носители мегалитической культуры были первыми земледельцами.
Собирательство съедобных дикорастущих растений всегда дополняло и охоту, и рыболовство, но для морских рыболовов тропической зоны оно было постоянным и обязательным элементом жизни. Питаться только морепродуктами — невозможно. Появление косяков рыбы сезонно. В море часто бывают штормы. Рыболовы сконцентрированы всегда на побережьях морей, но это очень узкая полоса земли, где довольно быстро всегда возникает относительное перенаселение, и перебои в добывании пищи в этих условиях — катастрофа. Поэтому рыболовы стремились иметь всегда рядом со своими селениями съедобные растения, как второй источник пищи. Их сажали искусственно и из этого, постепенно вырастало земледелие.
В японской культуре мореходов Дзёмон в XV тысячелетии до нашей эры выращивали для питания каштаны. Зерновое земледелие впервые отмечено в Индокитае в X тысячелетии до нашей эры. В Мьянме, в «Пещере духов» найдены семена домашних сои, фасоли, гороха, в слоях относящихся именно к этому времени. Рис начали возделывать на территории Таиланда ещё раньше.

Высокая культура носителей мегалитической культуры, разнесенная ими по всему миру, нигде не привела к возникновению государственности, несмотря на наличие поселений, подобных городам, земледелия, торговли и строительства.
Государственность стала формироваться, а затем распространяться по Земле только после того, как на Ближний Восток в регионы земледелия из Великой Степи Евразии пришли скотоводы…

Переход от охоты к скотоводству начался по окончании Вюрмской ледниковой эпохи в регионах открывающихся при таянии ледников.
В ледниковую эпоху основой жизни всех племен этих регионов со времени завоевания людьми этих территорий у палеоантропов, была охота на крупных животных. После того как люди истребили мамонтов и носорогов они почти истребили стада быков и табуны коней (остатки кострищ человека повсеместно состоят только из костного угля), но нашлись охотники, которые стали «свои» стада охранять от чужаков, постоянно сопровождая их. Сопровождение диких стад требовало кочевого образа жизни и передвижения людей в течение года. Так, где-то в Средней Азии или южнее, в северной Индии, сложилась культура скотоводов, позже распространившаяся по всей Евразии. Генетические маркеры домашних коров указывают на их индийское происхождение.
Археологическая общность культур уже в Великой Степи Вюрмской ледниковой эпохи от крайних точек на востоке Евразии до крайних ее западных точек несомненна. Антропологические данные людей с Русской равнины такие же, как у людей Китайской равнины. Керамические скульптурки «богов» примерно двадцатого тысячелетия до нашей эры известны в столь отдаленных регионах Евразии как Дальний Восток, долина Енисея в Азии и Моравия в Европе, связывает эти регионы только Великая Степь Евразии.

Культура скотоводов идет от культуры охотников Великой степи Евразии и она не менее древняя культура мореходов Индийского океана. Древние артефакты этой культуры были обнаружены в ходе раскопок в местности Усть-Кова в Красноярском крае исследователями Сибирского федерального университета (СФУ) и института археологии и этнографии Сибирского отделения Российской академии наук (СО РАН). Результаты исследования опубликованы в научном журнале Archaeological Research in Asia. Найденные произведения древнего искусства указывают на характер религиозных представлений и уточняют эволюцию и происхождение древних технологий Северной Евразии, а также помогают выяснить, с кем поддерживали контакты первые жители Сибири. Как отметили авторы исследования, изучение многослойной стоянки древних людей в районе затопленного поселка Усть-Кова в Красноярском крае длится более полувека. “Научная группа провела детальный микроскопический анализ каждого объекта, в том числе двух статуэток, вырезанных из бивня мамонта, чтобы увидеть следы инструментов, использованных при изготовлении. Исследование прошло под руководством доктора исторических наук, профессора кафедры археологии и этнографии Новосибирского национального исследовательского государственного университета Людмилы Лбовой”, – рассказал доктор исторических наук, профессор кафедры истории России СФУ Николай Дроздов. По его словам, исследователи, обработав микроскопические снимки статуэтки мамонта, сделанной из крупного фрагмента бивня, восстановили технологию обработки мамонтовой кости, которую использовали древние мастера. “Методы и приемы обработки мамонтовой кости, применявшиеся жителями Усть-Ковы, роднят эти артефакты с древними произведениями искусства со стоянки Мальта в Иркутской области на реке Белой”, – отметил ученый. Это, по мнению исследователей, доказывает существование культурных и технологических связей между древними обитателями Сибири. “Найденная фигура мамонта с обеих сторон покрыта красками: одна сторона – красная, другая – черная. Это указывает на зарождение у древних людей религиозных взглядов, связанных с жизненными и космическими представлениями, ведь красный – это цвет крови и жизни, а черный – тьмы и смерти”, – рассказал Николай Дроздов.

По словам ученых, следующим объектом их исследования станут наскальные изображения периода неолита, бронзового и железного веков в Мотыгинском районе Красноярского края, в Хакасии и Тыве. Археологи планируют подробно изучить составы красок, использовавшихся для наскальной живописи.По мнению исследователей, среди артефактов Усть-Ковы, большой интерес вызывают и другие изделия. Среди них – первое в Сибири графическое изображение лошади на пластине из бивня мамонта, которому 18 тысяч лет.“Эти произведения, не считая многочисленных подвесок, бусин, обломков браслетов, пуговиц вытянутой формы и окрашенных колец, дошли до нас в хорошей сохранности. Они уникальны и имеют огромное значение не только для российской, но и для мировой археологии”, – заявил Дроздов.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

two × = twelve