В Венеции стоит мраморная статуя льва высотой в три метра. Она была украдена венецианцами из Афин в 17 веке и называется Лев Пирея. Если не учитывать высоту, то это — обычное произведение искусства. Но с одной любопытной особенностью: Лев Пирея покрыт древними норвежскими рунами.

Надпись почти стерлась, ведь прошло почти 1000 лет, но начинается она примерно так: «Они срубили его среди воинов. В порту люди высекли руны в память о Хорси (Horsi), великом воине. Эту надпись на льве сделали шведы».

В церкви Святой Софии в Стамбуле также есть две надписи рунами. В них можно найти части от имен «Халвдан» (Halvdan) и «Аре» (Are). Эти руны — память о том времени, когда скандинавские воины были боевой элитой и телохранителями императора в Константинополе.
Путешествие в Восточную Римскую империю

В середине 8 века шведские викинги основали торговый город Ладога в России. Это произошло примерно в то же время, когда датские и норвежские викинги начали свои грабительские набеги на Англию на западе.

Скандинавы, продвигавшиеся на восток, были больше заняты торговлей пушниной, рабами и серебром. В дополнение к шведам сюда начали приходить и датчане с норвежцами. Эти скандинавы получили общее название варяги, что означает «давшие клятву».

В 9-м веке варяги подошли к границе Византийской или Восточной Римской империи. В начале 10 века, после нескольких неудачных нападений на громадную империю, варяги  предпочли заключить с византийцами торговый договор.

Договор содержал также оговорку о том, что варяги, пожелавшие поступить на службу в византийское войско, могут поселиться в империи. Так возникла скандинавская гвардия варягов.

Верные варяги

Византийская империя включала в свои владения территории нынешней Турции, Греции, значительную часть Балкан и Ближнего Востока. Византийское войско состояло из солдат разных стран и культур. Не все были в равной степени надежными. Варяги же, напротив, были известны фанатичной преданностью императору.
Как иностранцы, представляющие совершенно иную культуру, они не имели никакой связи со знатью и находились вне интриг, которыми отличалась византийская политика. В книге 12 века «Алексиада» (Alexiaden) дочь императора Анна Комнена пишет: «Варяги, носившие боевые топоры на плечах, рассматривали свою верность императору и защиту императорской персоны как обет и родственную традицию, передававшуюся от отца к сыну. Они никогда не нарушали ее и не желали слушать никаких разговоров о предательстве».
Верные варяги вскоре стали элитой армии императора и ее штурмовыми отрядами. Они первыми направлялись туда, где границам Византийской империи угрожала опасность. Они сражались с норманнами в Италии, турками и арабами на Ближнем Востоке и болгарами на Балканах.

Распространение слухов

Слухи о гвардии варягов постепенно стали распространяться в Скандинавии. Многих привлекала перспектива богатства и почестей на императорской службе. Некоторые наемники возвращались домой с рассказами о богатом и добром юге.

Одним из них был исландец Болле Боллессон (Bolle Bollesson). После многих лет на императорской службе он вернулся назад с одиннадцатью другими людьми. В саге Лаксдёла говорится: «Они все были одеты в пурпурные одежды и их седла были позолочены. Они все выглядели нарядными, но лучше всех был сам Болле. Он был одет в меха, которые подарил ему король Миклагарда (император Константинополя), сверху на нем была пурпурная накидка. На боку у него висел меч Футбитер (Fotbiter — откусывающий ноги, прим. пер.). Рукоять меча была украшена золотом и оплетена золотыми нитями. В руке он держал копье, как это было принято в других странах».

Снорре (Snorre) в Королевских сагах тоже писал о варягах. В этих сагах речь главным образом шла о том, какими они были храбрыми, но там есть отрывок, где он раскрывает одну из слабостей варягов. Так же, как и у современных скандинавов на Юге, у них была тенденция пить слишком много: «Тогда король послал вперед франков и фламандцев, и они поскакали вперед на язычников и сражались с ними, но опять случилось то же самое: многие были убиты, а остальные обратились в бегство. Тогда король греков очень разозлился на своих солдат, но они ответили ему: „Почему ты не можешь послать вперед свои винные меха, этих варягов?» Король ответил, что он не хочет выбрасывать свои драгоценные камни и посылать небольшое количество воинов против такого большого войска, как бы ни были храбры эти воины».

«Винными мехами» варягов считали не только византийцы. Когда датский король Эрик (Erik av Danmark) посетил Константинополь в конце 11 века, он призвал варягов «вести трезвую жизнь и не предаваться пьянству. Потому что они лучше исполняли бы свою службу, если бы не напивались пьяными… И наоборот, они становились вялыми и неуклюжими, если не держали себя в границах трезвости».

Но кроме этого в источниках нет ничего, что указывало бы на то, что гульба плохо сказывалась на боевом духе варягов.

Важные задания

Со временем варягов стали размещать в Константинополе, где они стали лейб-гвардией императора. Они также выполняли ряд церемониальных задач при дворе. Во время коронования нового императора его поднимали на щитах и выносили к народу, чтобы люди могли его приветствовать. Несшие его на щитах были варягами. Во время императорских приемов стало традицией, когда в зал банкета входил строй варягов. Они выстраивались перед императором, ударяли в щиты и выкрикивали поздравления на своем родном языке.

Они также сопровождали императорскую семью на богослужения в собор Святой Софии. Во время богослужения они стояли сзади императорской семьи как почетный караул, держа на плечах боевые топоры. Другими словами, они были символом власти и достоинства императора. В благодарность варяги получили собственную скандинавскую церковь, посвященную Святому Улаву.

Варяги были также и некоей тайной полицией, подавлявшей мятежи, предательство и заговоры против императора. Поскольку они носили красные с голубым накидки и держали на плечах длинные боевые секиры, то особой тайны в их действиях не было, но зато они производили хороший сдерживающий эффект.

Анна Комнена рассказывает, что одного вида варягов было достаточно, чтобы напугать людей и заставить их подчиняться. После заговора против императора Алексея I (Alexios I) в 12 веке подозреваемым сказали, что «если вы расскажете все о ваших планах, вас простят. Если нет, вас подвергнут самым страшным пыткам. Когда (заговорщик) Соломон (Solomon) увидел варваров с боевыми топорами на плечах, он испугался, с дрожью опустился на колени, признался во всем и предал своих заговорщиков».

Важной частью работы варягов была неприятная задача пытать и казнить. Когда захвативший трон Михаил V был смещен в 1241 году, он вместе со своим дядей нашел убежище в монастыре Студите. Византийские солдаты отказались нападать на монастырь и нарушать мир церкви. А у варягов, напротив, не было никаких угрызений совести.

Они прорубились сквозь двери и протащили кричащих узников по улицам к дворцу императора. Здесь варягам было приказано ослепить узников. Воин, выполнивший этот приказ, был норвежец Харальд Сигурдссон (Harald Sigurdsson), сводный брат короля Святого Олава.

Харальд сам принимал участие в битве при Стиклестаде в 1030 году, в которой был убит Святой Улав. Для брата короля Харальда оставаться в Норвегии было не безопасно, и он бежал к родственникам в Швеции. После этого он отправился в Гардарике в нынешней России и на Украину, где он служил наемником. Его следующей остановкой стал Константинополь, где для такого молодого и, согласно источникам, жестокого человека, как Харальд, были хорошие возможности карьерного роста.

В греческом источнике того времени «Совет императора» (Råd til keiseren) сообщается, что Харальд «привел с собой 500 смелых людей и поступил на службу к императору, который принял его достойным образом и послал его на Сицилию, поскольку там была римская армия, которая должна была вести войну. Аральтес (Харальд) отправился туда и хорошо выполнил задание. После окончания войны он вернулся к императору, который присвоил ему титул manglabites». Так называли офицеров в гвардии телохранителей императора.
Возвращение домой

Харальд также удостоился почестей за свои действия в подавлении мятежа в Болгарии. Византийские источники рассказывают, что Харальд «принимал участие в походе императора и совершил большие подвиги в борьбе с врагом, как и полагается человеку его рода и больших способностей».

Кровавые бои продолжались целый год, прежде чем мятеж был подавлен. После войны Харальд получил прозвище Bolgara brennir (Сжигающий болгар). Секретарь императора писал, что руководитель мятежников в кандалах был проведен по Константинополю и «лишился своего носа и глаз». Вполне возможно, что эта операция также была выполнена Харальдом.

После десяти лет на службе императора Харальд вернулся домой в Норвегию. Он привез с собой методы, с которыми он познакомился как наемник, и с их помощью пробил себе дорогу к норвежскому трону. Там он стал известен как последний истинный король воинов Норвегии с подходящим именем Харальд Суровый.

Но покончили с гвардией варягов не турки или арабы, а христианские участники крестовых походов. Четвертый крестовый поход в 1204 году был направлен против мусульман Египта. Но по пути туда дож Венеции уговорил крестоносцев напасть на Константинополь.
Венеция снабдила крестоносцев судами, поскольку между Венецией и Константинополем существовала давняя вражда. После недели насилия и грабежа крестоносцы отправились назад в Венецию на судах, набитых награбленным.

Это было начало конца Византийской империи.

И это было также и последним сражением варягов. Они дрались до последнего человека, защищая императора. Полк под этим названием сохранился, но там больше не было скандинавов. Единственное, что осталось после них, было несколько надписей рунами в Венеции и Стамбуле.

Ян Ингар Тун (Jan Ingar Thon)